Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Коровы здесь породистые и «аж занадта дагледжаныя»

Дом пары находится на окраине деревни. Рядом с домом — огороженное пастбище для буренок. Кажется, это единственные коровы в деревне. Местные давно скотину не держат: хлопотно, дорого, а магазинное молоко в деревню привозит автолавка.

— Сельчане приняли нас сначала настороженно. Конечно, мы здесь чужаки. Люди не понимают, как это и зачем — переехали из Германии в Беларусь! А еще нам постоянно что-то надо. То мы в сельсовет идем, то в колхоз, то еще куда-то, чтобы решить свои проблемы. Говорят: «Ну, точно немцы!»

Наталья признается: Беларусь их очаровала, и сейчас жить здесь им нравится, удивили в свое время лишь проблемы, с которыми им пришлось столкнуться в ведении своего хозяйства.

— Фермерство мы не оформляли. У нас личное подсобное хозяйство. Но мы постоянно сталкиваемся с какими-то трудностями. То проблема силос купить, то найти трактор поле вспахать, то выписать корма. Сейчас у властей просим, чтобы нам отдали кусок земли через дорогу, но получаем отказ от местного хозяйства — земля пахотная, нам она не положена. Предлагают несколько участков в разных концах деревни, но как нам туда коров перегонять? А так было бы удобно — через дорогу, но увы, — Александр рассказывает о насущных трудностях.

Шесть коров, два теленка, козы и очень много кур

Вообще о животных и сельском хозяйстве он готов говорить долго и обстоятельно. В это время любопытные коровы подходят к краю загона и внимательно смотрят на хозяина.

— Марта, Матруля, Милка, Майя, Кнопа, Белоснежка, а вон там телята — одну я назвал Малышкой, а второй имя еще не придумал, — представляет их хозяин.

Коровы здесь породистые и «аж занадта дагледжаныя», как говорят местные жители.
Вот в загоне пасутся айрширцы. Это шотландская порода, которая была выведена в XVIII веке. В Россию ее завезли в конце позапрошлого века из Финляндии, но еще много лет она оставалась редкой для наших пастбищ. А ведь молока жирностью до 4,2 процента дает много и в той же Финляндии является основной породой, составляющей более половины всего поголовья страны! Все дело в строптивом и непростом характере животных: в стойле такая буренка стоять не будет, ей нужны простор и личная свобода. Есть здесь и коровы симментальской породы — беленькие, с ярко-рыжими пятнами.

— Это вообще древнейшая порода коров. На ее основе было выведено много других пород. В принципе, ее хорошо разводят в России, а животное быстро приспосабливается к местности и климатическим особенностям того или иного региона. Неприхотливая, дает много молока. Порода считается мясо-молочной, — коротко комментирует Александр.

К каждой своей подопечной он относится с трепетом и пониманием, поэтому старается обеспечить комфортные условия проживания своим буренкам. Например, коровам джерсейской породы для того, чтобы они давали молоко высокой жирности и хорошего качества, нужна разнообразная кормовая база. Хозяева выкручиваются: то предложат в качестве лакомства тыкву, арбуз или свеклу, то закупят новые комбикорма, то поедут в Минск за премиксами, то из Германии привезут специальные витамины.

— Там таких маленьких хозяйств, как наше, почти и нет. У фермеров, конечно, коров побольше. Да и не те масштабы, мы же только вдвоем работаем с женой, а на подворье — 6 коров, два теленка, козы, сотни кур, — перечисляет Александр.

В доме организовали что-то вроде мини-магазина, купили витрину, где хранятся сыр, молоко, сметана и сливки. Сырами хозяйка занялась совсем недавно. Говорит, секретам сыропроизводства училась с нуля по интернету. Сейчас в ассортименте четыре вида сыров — «Халлуми», «Адыгейский», «Качотта», «Чечил». В планах попробовать сделать сыр с плесенью. А еще женщина мечтает о сыроварне, но говорит, что пока на нее нет денег.

Читать полностью: https://news.tut.by/society/652756.html

то ли социализм с капиталистическим лицом, то ли капитализм с социалистическим

В рамках действующей белорусской экономической модели не удается устранить существующие проблемы и перекосы. Более того, проблемы усугубляют созданные за последнее десятилетие в довесок к советскому наследию предприятий-«зомби» предприятия — «белые слоны», громкие проекты, требующие бесконечной господдержки.

Начинать беседу всегда приятно с хороших новостей.
— Думаю, задачи инкорпорации и так не стояло, — считает Сергей Чалый. — Впрочем, есть ощущение, что мы Москве обходимся слишком дорого.

нынешний спор Беларуси и России по углеводородам — принципиально отличается от предыдущих, которых было немало. И Александр Лукашенко тоже понимает — это конец эпохи, как и то, что России мы уже не слишком интересны.

в Беларуси, как и в России, завершился большой экономический цикл, уходит целая эпоха.
— Моему поколению повезло увидеть от начала до конца все развитие нашей уникальной экономической и политической модели. Это история, как происходит экономический рост, перенятый когда-то у «азиатских тигров», — с опережающими инвестициями, большой нормой внутренних сбережений, большой долей перераспределения, приоритетами, нацпроектами. Все какое-то время работает, а потом наступает похмелье, длительная стагнация. И мы до этого дошли. По оценке эксперта, это очевидно на примере совещания по инвестпроектам, где глава государства заявляет, что мы — молодцы, мы строили. И осталось только спросить с кого-то, почему то, что мы построили, работает не так, как хотелось бы.

— Суть этого политэкономического цикла — сверхидея, показать, что может существовать то ли социализм с капиталистическим лицом, то ли капитализм с социалистическим. Мол, они же на карман свой работают, а мы — на пользу стране. А в итоге с этой идеи начинается история провалов. Даже успешным предприятиям «вешаются» ненужные цеха, создающие проблемы. В итоге иностранные производители, инвесторы становятся не примером, а негодяями, портящими нам картину.

не только не попытались разгрести предыдущие завалы, а настроили новых предприятий-зомби, «белых слонов». Классический пример: в Индии, когда император направлял вам в провинцию любимого белого слона, это должно восприниматься как милость, благо, но слон так дорого обходился, что провинция разорялась. Так и мы вам «белых слонов» настроили, а сейчас Витебская область должна как-то 3 млрд рублей вернуть. Кстати не очень понимаю, с кого их взять.

Но очевидно, что как не перекидывай долги, кому-то за эти модернизации, оптимизации и гигантоманию платить.

— Рецепт традиционный: предприятия объединить, всех заставить работать. И за это заплатить. Или нет. Это похоже на идею коллективизации в 20-е годы прошлого века. В Витебской области прозвучала классическая манипуляция — все хорошо, просто каждый на своем месте должен добросовестно выполнять свою работу. О чем это? О том, что структурные изменения не нужны. Все выстроено нормально, просто каждый элемент должен напрячься — и все будет работать. Перемен не будет, и они не нужны.

Читать полностью: https://news.tut.by/economics/670591.html