igor1960 (igor1960) wrote,
igor1960
igor1960

Category:

Первые годы служения Г. Конисского: 1756 - 1762 гг

Энергичная деятельность Преосвященного Георгия Конисского об устроении дел в епархии сильно обеспокоила католиков и униатов. Присматриваясь к новому епископу, они вначале не решались проявлять себя, и это дало возможность еп. Георгию сообщить в Синод, что «между архиерейством и за моей бытности еще не отнята церковь ни одна…».
Однако, раздраженные первыми успехами православных, латино-униаты предприняли новую атаку. Началось с того, что виленский католический еп. Михаил Зенкевич запретил производить ремонты православных храмов как в самом Могилеве, так и в других городах и селах. Это послужило сигналом для других ревнителей унии. Стали доходить слухи, что многие владельцы-униаты затевают в своих имениях, рядом с православными, строительство униатских церквей, с тем, чтобы в принудительном порядке заставить своих подданных посещать богослужения и исправлять религиозные требы в церквах униатских. Дальше – больше! 10 июня 1756 г. еп. Георгий доносил в Св. Синод, что «униаты не перестают отымать церкви», что униатские священники вторгаются в дела греко-россейского исповедования и привлекают православных священников к своим судам, рядом с православными храмами строят корчмы и проч. Хотя иные церкви уже по двадцать лет в унии состоят, – писал он в доношении от 27 октября 1757 г., – однако и ныне еще бедные тех церквей прихожане приходят ко мне тайно, страха ради римского, и с плачем просят: можно ли им помочь, дабы по прежнему быть в православии». Из приложенной к этому доношению ведомости видно, что при вступлении еп. Георгия в управление Могилевской епархией в ней было 130 церквей; на унию же отнято с 1686 года (т.е. со времени заключения договора о вечном мире, гарантировавшего сохранность пяти православных западнорусских епархий, в том числе Могилевской) 164 церкви и 5 монастырей.
В довершение всех бед, вскоре для православных наступила новая. Изобретательный виленский бискуп М. Зенкевич для более успешного обращения белорусов в унию пригласил католических миссионеров. Первой такой миссией в Белоруссии была миссия доминиканцев, во главе которой стоял монах Овлочинский. Бесцеремонно попирая все права Божеские и человеческие действия, лестью, угрозами и пытками доминиканцы, эти настоящие «псы Господни» вполне оправдали возложенные на них надежды и ожидания. В 1758 году доминиканцы, предводительствуемые Овлочинским, при помощи вооруженных шляхтичей и жолнеров разбойнически отняли у православных Лосвскую Свято-Троицкую и Ульскую Свято-Переображенскую церкви. При этом миссионеры всячески издевались над местными православными, угрожая розгами, виселицами и кострами и принуждая их носить на себе огромные деревянные кресты с венками (из хвои) на голове и веревками на шее.
Безнаказанность окрылила врагов. Вскоре их злобу и ярость еп. Георгию пришлось испытать на себе. Летом 1759 года (в июне) Преосвященный, желая «не показать себя, не только пред бедными, гонимыми паствы своей людьми, но и перед самыми нападателями, наемником, видящим волка грядуща, и бегающим», решил посетить некоторые приходы своей епархии. 7 июня он прибыл в Оршанский Кутеинский монастырь, где служил Литургию и говорил проповедь. В своей проповеди святитель коснулся событий текущего дня и высказал мысль, что миссионеры, действующие в окрестностях, не от Христа присланы. Во время поучен6ия в храме был переодетый доминиканец, который и постарался сообщить содержание проповеди еп. Георгия ксендзу Овлочинскому, бывшему в это время со своей миссией в Орше. Назавтра Преосвященный вознамерился посетить самый город Оршу. При въезде в город толпа миссионеров, вооруженных шляхтичей и жолнеров встретила епископа градом насмешек и ругательств; запретив колокольный звон, насильники разогнали горожан, вышедших навстречу святителю с хоругвями, и, окружив еп. Георгия, на всем пути до самого храма осыпали его непристойными словами. Когда же еп. Георгий, добравшись до церкви, кое-как совершил литургию и обратился к народу с проповедью, хулиганы ворвались в храм и стали избивать молящихся. Они поносили архиерея, называли его «попом», «холопом», «схизматиком», размахивали пистолетами и обнаженными саблями. Наконец, выгнав еп. Георгия из церкви, они преследовали его до самого монастыря. Когда же Преосвященный укрылся в стенах обители, разъяренная толпа окружила монастырь с намерением убить епископа, так что еп. Георгий спасся лишь благодаря тому, что приказал тайно вывезти его в крестьянской телеге, прикрытой сверху навозом.
В 1759 году в Могилев прибыл плебан Михаил Зенович. Молодой, самоуверенный, чувствуя за собой поддержку своего виленского патрона, этот ксендз много доставил огорчений как православным Могилевской епархии, так и самому еп. Георгию. Свои «бездельные» проповеди он превращал в орудие травли и издевательств, во время доминиканских миссий сгонял православных в костелы и принуждал исповедоваться, а непослушных приказывал сечь розгами и сажать в темницы.
В ночь с 28 на 29 января 1760 года, во главе воспитанников отцов иезуитов, вооруженных ружьями, саблями, камнями, дубинами, Зенович напал на архиерейский дом и семинарию. Был учинен такой погром, что осажденные не знали, куда бежать. Было серьезно ранено несколько учеников; сам еп. Георгий вынужден был искать спасения в подвалах своего дома. Враги метили в самое сердце, и они своего достигли. «От сего случая, – сообщал еп. Георгий в Синод от 10 сентября 1760 года, – священство епархии моей и граждане здешние детей своих до семинарии давать опасаются, почему и число учеников не великое до сих пор находится».
Этим, однако, дело не окончилось. Видя в лице еп. Георгия опасного и стойкого противника, Зенович решает не оставлять его в покое. На этот раз, вместо прямого насилия, он предпринимает обходной путь. Найдя в шляхтиче Зеленском верное орудие исполнения своих замыслов, Зенович через подставное лицо затевает в трибунале уголовное дело, ложно обвинив еп. Георгия в «разбойничестве». Бесконечные «комиссии острые» (т.е. с пристрастиями) вконец измотали Преосвященного, и хотя дело впоследствии кончилось провалом для Зеновича, однако еп. Георгий много потерял за это время и средств, и здоровья.
Не лучшим положение было и в самой епархии. Около 1760 года могилевский епископ обратился с письмом к польскому магнату Радзивиллу, где просил защиты православного духовенства со стороны иноверцев-арендаторов. Но что мог сделать хорошего в этом отношении тот, кто на подобную же просьбу киевского митрополита, по жалобе слуцкого архим. Досифия, кричал: «Хотя бы сама ваша царица сюда пришла, то я того не сделаю».
В Мстиславском воеводстве иезуит Снарский, а в г. Невеле пробощ Сутоцкий насильственно обращали в унию и католичество целые селения. Жена мстиславского воеводы пана Сапеги, очень ревностная католичка, в своем родовом поместье Дубровно насильно отдала православную церковь со всем приходом священнику-униату Корзуну; желая откупиться, прихожане уплатили воеводше 100 талеров, но и это не помогло.
21 февраля 1761 года в м. Костюковичи разыгралась целая трагедия: минский магнат Ивановский, владелец местечка, при пушке и жолнерах, «вооруженною рукою отдал церковь и прихожан во власть униатского попа» Бруевича. «Тогда лишенные последней надежды, с горестью в душе, с воплями и рыданиями, бежали они на кладбище, и обнимая холодные могилы своих сродников, с жалостью вопияли: «Блаженные вы, умершие во благочестии!». Это происшествие поразило страхом многих православных, деморализовало даже кое-кого из духовных, так что еп. Георгий с беспокойством сообщал в Синод, что «малодушные и малосовестные» готовы сделаться вероотступниками.
1762 год ознаменовался для Могилевской кафедры новыми жертвами, новыми гонениями. В доношении от 10 мая еп. Георгий писал, что толпы миссионеров по-прежнему бродят от города в город, «людей исхотящих отстати от благочестия святого в тюрьмы сажают, бить и разграблять не престают».
В прошедший пост подобный погром был учинен в Горках, где миссионеры, как о том сообщал Преосвященному «протопоп Феодор, тамже жительствующий», после своего «действа» приказали местным владельцам запретить в селах богослужения и совершение треб, «почему люди умирают без порядку христианского. А телеса их велят в болото бросать».
Тревожные сообщения шли из г. Кричева. Комиссар староства Герубович решил не отставать от соседей – мстиславских гонителей православия. Чтобы развязать себе руки, он заменил православных членов магистрата на новопринявших унию и при их деятельном пособничестве развернул широкую кампанию гонений. Сначала он запретил отстраивать сгоревшие церкви, ссылаясь при этом на виленского бискупа, а затем перешел к открытому террору, так что «священники некоторые, не видя конца озлоблениям своим, подписались… на унию. Народ крепчае стоит и заступления с воплем просит». Герубовичем, совместно с архиепископом-униатом Кесарием Стебновским и другими членами местной униатской администрации, была изготовлена привилегия для представления королю на отдачу в унию всех 22 церквей Кричевского староства. В этой подложной привилегии униаты пытались воспользоваться известным в польском судопроизводстве правом давности, для чего в означенном документе утверждалось, «якобы оные церкви и с начала своего фундованы на унию… в кои времена, по замечанию еп. Григория, и унии в Польше еще не было».
Даже в непосредственной близости от г. Могилева, в с. Полыковичи, «належавшое приходом к Могилевским церквам», являвшемся пожизненным владением великого маршала литовского Огинского, было начато строительство униатской церкви.
Общее бедственное положение и равнодушие со стороны Иностранной коллегии и Синода вынуждали православных искать себе спасения в бегстве за границу. Особенно это движение возросло с половины XVIII века, когда гонения приняли небывалые размеры. Уходили в одиночку и целыми селениями. Шли в Киев, в епархии Переяславскую, Черниговскую, Смоленскую. Некоторые же забирались еще дальше, как, например, священник Ялоницкой церкви Иоанн Таломир, бежавший в Новую Сербию вместе со своим приходом.
Подобные факты переполнили чашу страданий православных белорусов и их ходатая – епископа. «Не о приращении, как бы надлежало, но об умалении и приближении до конечного разорения веры здешней благочестивой вашему святейшеству с болезнью духа доношу», – с горечью писал могилевский архипастырь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments