igor1960 (igor1960) wrote,
igor1960
igor1960

Наткнулся на интересный материал о причинах неудач Белого движения. Нашел здесь http://www.liveinternet.ru/users/proto_a/post15396893/.



С течением времени, скорее в силу объективных, чем субъективных причин, белое движение пришло в упадок и, несмотря на громкие победы летом и осенью 1919 г., в конечном счете потерпело катастрофу.

Бросается в глаза одна общая черта, присущая всем белым режимам: в период успехов социальные структуры, окружавшие центр движения в том или ином белом регионе, имели тенденцию к консолидации, несмотря на раздиравшие их внутренние противоречия. Напротив, в периоды неудач, не в пример большевикам, все противоречия, упрятанные вглубь до поры, расцветали пышным цветом, что в геометрической прогрессии убыстряло крах белого движения. Последнее находило свое выражение в разлившемся по тылам белых армий партизанском движении и массовом дезертирстве с фронта. Эту особенность видели большевики. Л.Д.Троцкий, несомненно, понимая проблему намного шире, в одном из своих выступлений заметил: «У нас развитие борьбы дает сплочение, дает запал, у них развитие борьбы дает разложение и распад. Вот где основа всего».

К концу 1919 г. повстанческое движение, охватившее Сибирь, носило уже «поголовный характер», а возникший из числа бывших союзников Колчака «Политический центр», в который вошли ЦК ПСР, Комитет бюро земств, профессиональные союзы и социал-демократы, 24 декабря 1919 г. произвел в Иркутске переворот, поддержанный главнокомандующим союзными войсками в Сибири генералом Жаненом. Указанные события привели к самоликвидации правительства Колчака к вечеру 4 января 1920 г.
[ ... ]

Примерно такое же положение к концу осени 1919 г. сложилось и в тылу войск генерала Деникина. Как справедливо заметил Какурин, «проигрыш решительного сражения «вооруженными силами Юга России» одним из своих результатов имел начало господства частных интересов над общими. Он же окончательно развязал те силы, которые подтачивали их тыл изнутри». К этому моменту по всей Украине развернулось широкое партизанское движение, восстали крестьяне Ахтырского, Купянского, Сумского, Изюмского и других уездов Харьковской губернии. Повстанцы Донбасса почти полностью дезорганизовали движение воинских эшелонов на многих участках Юго-Восточной и Северо-Донецкой железных дорог. Огнем повстанческого движения была охвачена Херсонская губерния. Это обстоятельство сыграло огромную роль в поражении войск Деникина к концу года.

На фоне этой картины началась работа центробежных сил и в самих вооруженных силах Юга России. По мнению того же Какурина, она выразилась прежде всего в стремлении отдельных армий опереться на те районы и прикрыть те направления, которые для них являлись наиболее жизненными, не заботясь о других. Так, кубанцы тянули на Кубань, причем на их настроениях не в последнюю очередь сказалась та борьба, которую вел Деникин с Кубанской Радой. Донская армия стала искать опору в Донской области. На это время пришлись и первые осторожные шаги генерала П.Н.Врангеля, который начал прощупывать почву для возможного смещения Деникина. Ярко стали проявляться те черты, которые так тонко подметил генерал А.К.Кельчевский в момент своего первого посещения штаба Добровольческой армии осенью 1918 г.: «Единение отсутствовало. Подозрительность, клевета, сплетни, злостное критиканство царствовали во всех екатеринодарских штабах, управлениях и учреждениях. Все как бы боялись, что у них отнимут пальму первенства в деле спасения России...». Потерпев решающие поражения в осенних боях вокруг Орла, вооруженные силы Юга России к началу 1920 г. сосредоточились по левому берегу Дона, использовав его как естественный оборонительный рубеж. Попытки генерала А.И.Деникина и его штаба произвести перегруппировку сил с тем, чтобы выиграть время и в последующем попытаться вновь перехватить инициативу у красных, ни к чему не привели.
[ ... ]

фото: Я. А. Слащов, 1918
То, что осталось от вооруженных сил Юга России, неудержимо хлынуло к Новороссийску. Ни о каком планомерном перемещении войск в Крым, который обороняли части под командованием генерала Я.А.Слащова-Крымского, нельзя было и думать. Несмотря на срочно прибывшие в порт союзные суда, в создавшейся обстановке, когда людей охватила паника, справиться с эвакуацией не удалось. 27 марта 1920 г. передовые части 9-й армии красных овладели Новороссийском. Таким образом, в Крым удалось эвакуироваться только Добровольческому корпусу и части сил Донской армии. При этом в Новороссийске были брошены огромные запасы материального имущества.

Под впечатлением неудачи А.И.Деникин писал в те дни семье: «Сердцу бесконечно больно: брошены громадные запасы, вся артиллерия, весь конский состав. Армия обескровлена...». По данным, которые привел в своих воспоминаниях генерал П.Н.Врангель, в Крым было переброшено около 25 тыс.добровольцев и 10 тыс.донцов. Все эти люди были совершенно деморализованы и неспособны к ведению каких-либо боевых действий. Только благодаря действиям Крымского корпуса под командованием генерала Слащова-Крымского возможные пути на полуостров были надежно прикрыты.
[ ... ]

То, что последовало затем, один из видных деятелей белого движения, бывший член Особого совещания Н.В.Савич назвал как впечатление «осуществления левой политики правыми руками».
[ ... ]

2 апреля 1920 г. генерал А.И.Деникин, потрясенный неудачами на фронте, принял решение уйти от руководства белым движением и назначил расширенное, с участием фронтовых командиров, заседание Военного совета для выборов себе преемника. Через два дня своим последним приказом он утвердил решение совета и назначил генерала П.Н.Врангеля главнокомандующим вооруженными силами на Юге России.
[ ... ]

11 апреля генерал П.Н.Врангель своим приказом объявил новое «Положение об управлении областями, занимаемыми вооруженными силами на Юге России». По нему «Правитель и Главнокомандующий вооруженными силами на Юге России» обладал всей полнотой военной и гражданской власти. Вскоре правитель пригласил к себе представителей местной и зарубежной печати, в выступлении перед которыми коротко изложил основу своей политической программы. Одним из центральных пунктов нового курса стал отказ от «марша на Москву».

Врангель заявил буквально следующее: «Не триумфальным шествием из Крыма к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке русской территории такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа».
Одновременно с этим генерал заявил о своем желании как можно скорее разрешить вопрос о земле передачей в частную собственность мелким землевладельцам максимально возможно большего ее количества. Улучшение материального благосостояния рабочих и удовлетворение их профессиональных нужд он также назвал своей главной задачей.

фото: (Слева направо)Кривошеин, Врангель, Шатилов. Севастополь, 1920.
В письме на имя главы французского правительства М.Мильерана за подписью П.Б.Струве, управляющего внешнеполитическим ведомством в правительстве Врангеля, детализировались принципы внутренней и внешней политики Южно-русского правительства. Захват крестьянами поместных земель безусловно признавался во всех случаях, где он имел место.

В отношении будущей России впервые белым движением выдвигался лозунг федерации. «Будущая организация России должна быть основана на договоре, заключенном между политическими новообразованиями... исходящем из общности интересов... Такая политика ни в коем случае не старается добиться объединения силой». Касаясь будущего статуса Крыма, Струве писал: «Прекращение гражданской войны... означало бы... не капитуляцию вооруженных сил на Юге России перед красной армией, а разграничение между Россией советской и Россией антибольшевистской, основанное на обеспечении жизненных потребностей обеих территорий».

Отказ от лозунга единой неделимой России привел к признанию прав на государственную независимость казачьих территорий. 4 августа 1920 г. состоялось подписание соответствующего соглашения между белым движением в лице генерала П.Н.Врангеля, с одной стороны, и атаманами и правительствами Дона, Кубани, Терека и Астрахани, с другой. Первым его пунктом «Государственным образованиям Дона, Кубани, Терека и Астрахани» гарантировалась полная независимость в определении ими своего внутреннего устройства и управления. В то же время главнокомандующему присваивалась вся полнота власти над вооруженными силами указанных выше государств «как в оперативном отношении, так и по принципиальным вопросам организации армии». Указанное соглашение заключалось «впредь до полного окончания гражданской войны».

Вскоре появились первые признаки благоприятной реакции западных правительств на смену политического курса белого движения.

22 июля 1920 г. глава правительства А.В.Кривошеин сообщил Врангелю о готовности Франции признать территорию Крыма и Таврии самостоятельным государством. Спустя месяц, 23 августа Мильеран письмом на имя Базили, советника русского посольства в Париже, уведомил о признании правительства Юга России de facto.
[ ... ]

Что показал последний этап в истории белого движения в России в годы гражданской войны?

Во-первых, скорость, с которой рушилась «белая Россия» после того, как на фронтах борьбы с большевиками ее армии начинали терпеть поражения, обнаруживает степень ее государственной организации. Временный характер государственной жизни, источником которого служила идеология «непредрешенства», вряд ли мог способствовать консолидации общественно-политических сил в период тяжелых испытаний.

Во-вторых, неспособность российской демократии противостоять неблагоприятным для нее обстоятельствам, сложившимся вокруг белого движения в конце 1919 г. и начале 1920 г. показывает степень ее зрелости и свидетельствует об отсутствии демократических традиций в стране.

В-третьих, руководство белым движением на завершающем этапе борьбы в лице генерала П.Н.Врангеля продемонстрировало способность к модификации своей политической программы в интересах населения, сумело отказаться от многих стереотипов в подходах к вопросам внешней политики, добилось признания со стороны одного из победителей в недавней войне и бывшего союзника — Франции. Это, а также восстановление в короткие сроки боеспособности эвакуированной из Новороссийска армии показывает степень неиспользованного потенциала белого движения, а также его способность к гибкости и умению делать выводы из неудач.

Каковы основные причины, приведшие белое движение к анархии на заключительном этапе борьбы с большевиками в годы гражданской войны 1917-1922 гг. и его окончательному поражению в ней?

Как показал анализ условий, в которых приходилось действовать противоборствовавшим в гражданской войне силам, одной из главных причин неуспеха ни одной из них в осуществлении конечных целей своих программ явилась система политического устройства самодержавной России, как она сложилась начиная с XIV века. По замечанию русского философа Н.А.Бердяева, религиозная идея царства вылилась здесь в форму образования могущественного государства, в котором церковь стала играть служебную роль. Таким образом, московское православное царство было тоталитарным государством. В свою очередь, реформы Петра I, толкнувшие Россию на путь западного и мирового просвещения, усилили «раскол между народом и верхним культурным и правящим слоем...» А просветительница и вольтерианка Екатерина II лишь окончательно создала те формы крепостного права, которые в конечном счете вызвали протест заболевшей совести русской интеллигенции XIX в. Таким образом, созданная Петром империя разрасталась, но внутреннего единства в ней не было, разорваны были власть и народ, народ и интеллигенция, разорваны были народности, населявшие империю. В течение 700 лет государственная власть России представляла собой вертикальную структуру, оси которой, представлявшие ее институты, опускались в общество, чтобы служить там стабилизирующим фактором. В результате вся общественная социальная инфраструктура являлась как бы искривленной ввиду отсутствия горизонтальных связей, которые бы объединяли людей друг с другом независимо от государства. В результате «сцепления» в обществе создано не было, а отсюда отсутствие баланса между ним и правительством.

Как справедливо замечает видный американский ученый Ричард Пайпс, Россия отличалась от других средневековых государств не столько абсолютизмом, сколько отличным типом ничем не ограниченной власти, которая объединяла его с правом собственности. При таком «патримональном», или вотчинном, режиме страна удерживалась вместе только благодаря твердости и решительности правительства, но как только оно ослабевало, общество тут же обращалось в смуту.

С другой стороны, недопущение широких слоев населения к управлению государством или решению проблем местного самоуправления в условиях самодержавного режима привело к тому, что вне элиты общества в лице царской бюрократии, в стране отсутствовали люди, способные к заведыванию государственными делами. В итоге, в результате краха царизма в отечестве не нашлось достаточно умелых и способных политиков для решения насущных проблем развития России. По замечанию Г.З.Иоффе, «Корни, подпочва революции и гражданской войны далеко в дооктябрьской и дофевральской России. «Взрывчатое вещество» очень долго копилось там».

Таким образом, падение правительства Керенского, вызванное не столько субъективными, сколько объективными факторами: наследием тоталитарного прошлого, недостатком умелых политиков государственного масштаба, малочисленным средним классом и отсутствием, в силу этого, опоры у правительства для демократических преобразований, расколом в деревне, внесенном туда реформой Столыпина, и рядом других, повторилось на примере белого движения, пытавшегося, при отсутствии в стране объективных условий, осуществить в стране идеалы демократии. Отсюда понятной становится горечь, проявившаяся в словах одного из активных участников белой борьбы генерала А.А.фон Лампе: «Белые могли бы победить красных, если бы они сами, в своих методах, в своей деятельности... стали тоже красными. Но несомненно и то, что они могли быть только белыми! ...И я хочу верить, что они победят как белые!» Известно, что как и во всякой другой войне, в гражданской выигрывает тот, у кого превосходство в военной силе. Но в ней любая военная победа окажется непрочной, если она не будет поддержана разумной деятельностью политической власти на занятой войсками территории. Белое движение сумело создать органы власти, наиболее работоспособные из всех тех, которые образовывались альтернативными большевикам силами, но как указывает в своей книге о крестьянстве России времен гражданской войны американский историк Орландо Фигс, все же «ни одна из белых армий не смогла создать эффективную структуру власти в районах, находившихся под их контролем» и справиться с гражданским управлением. В одной из справок, предоставленных генералу Деникину в конце сентября 1919 г. об отношении местного населения к представителям «белой» власти говорилось: «Общий голос с мест: крестьяне встретили Добровольческую армию очень хорошо, сейчас отношение к ней в корне изменилось... Помощник уездного начальника одного из уездов Тамбовской губернии... говорит, что уйдет в отставку, так как вся администрация и войска наперерыв стараются возбудить против себя население...» А вот характеристика внутриполитического положения Юга России управляющим отделами законов и пропаганды Особого совещания К.Н.Соколовым:

«В областях, находящихся под управлением главнокомандующего, неблагополучно. Хорошего управления, могущего завоевать симпатии населения к национальной диктатуре, нет, да пожалуй, нет и вовсе никакого управления. Провинция оторвана от центра. Интеллигенция недоверчива, рабочие угрюмо враждебны, крестьяне подозрительны. Население попрежнему не дается в руки власти... Вместо земельной политики бесконечные аграрные разговоры. Центральные ведомства вялы и явно не справляются... Всякое общее политическое руководство отсутствует. Особое совещание барахтается в пространстве, ни на кого не опираясь и нигде не встречая настоящей поддержки».

[ ... ]

Парадокс истории в том, что ведя борьбу с большевиками под лозунгом единой неделимой России и не давая тем самым им расправиться с националистическими движениями на окраинах страны, белые фактически помогли союзникам в их планах расчленения России.

И, наконец, главная субъективная причина. Она заключалась в морали. «Те высокие нравственные принципы, на которых была заложена Добровольческая армия, — писал в одной из своих статей эмигрантский писатель П.И.Залесский, — тот рыцарский дух, который она носила в себе в первые дни своего существования, постепенно исчез, испарился...». Политические амбиции и неуемное честолюбие в штабах и белых правительствах оказывали разлагающее действие на белый тыл. Склоки, «зависть, обман, болезненная подозрительность, — как вспоминал А.К.Кельчевский, — интриги на почве честолюбия, неспособность поступиться своими личными выгодами и интересами в угоду общего дела...», вряд ли все это могло служить целям белого движения. Таким образом, как и в случае с правительством А.Керенского, падение морали в тылу стало, в конечном счете, мостиком к внутреннему распаду белого движения в годы гражданской войны.

Слободин В.П. Белое движение в годы гражданской войны в России (1917–1922 гг.). — М.: МЮИ МВД России, 1996. §3. Упадок белого движения и причины его краха в годы гражданской войны.

http://militera.lib.ru/research/slobodin_vp/index.html

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments