February 11th, 2006

(no subject)

Привожу выдержки из статьи Иннокентия Анненского «Гончаров и его Обломов». Разбил выдержки на три части: о Гончарове, об Обломове, сравнение Обломова с другими писателями. Анненский мне понравился положительным отношением к Гончарову и Обломову.
Был еще критик Петров, который с позиций марксизма говорит, что под руководством Белинского Гончаров критиковал крепостнический строй и самодержавие и приближал революцию. Наверное, нет смысла заниматься его цитированием.
Может, попозже выложу выписки из биографии писателя.
Общие мои (конечно, наивные) впечатления: писатель недооценивался ни в свое, ни в наше время. Его заслоняли более броские и модные и обличительные: Тургенев, Гоголь, Достоевский.
Мне кажется, сейчас, когда мы устали от обличительства и «чернухи», хочется побольше позитива, Гончаров может оказаться более востребованным. У него больше любви, терпимости, понимания и национального колорита, душевного здоровья.

Анненский о Гончарове

Перед нами девять увесистых томов (1886-1889, в сумме более 3500
страниц, целая маленькая библиотека, написанная Иваном Александровичем
Гончаровым. В этих девяти томах нет ни писем, ни набросков, ни стишков, ни
начал без конца или концов без начал, нет поношенной дребедени: все
произведения зрелые, обдуманные, не только вылежавшиеся, но порой даже
перележавшиеся. Крайне простые по своему строению, его романы богаты
психологическим развитием содержания, характерными деталями; типы сложны и
поразительно отделаны. "Обрыв" задумывался, писался и вылеживался 20 лет.
Этого мало: Гончаров был писатель чисто русский, глубоко и безраздельно национальный.
Из-под его пера не выходило ни "Песен торжествующей любви", ни переводов
с испанского или гиндустани. Его задачи, мотивы, типы всем нам так близки.
На общественной и литературной репутации Гончарова нет не только пятен, с
ней даже не связано ни одного вопросительного знака.
Имя Гончарова цитируется на каждом шагу, как одно из четырех-пяти
классических имен, вместе с массой отрывков оно перешло в хрестоматии и
учебники; указания на литературный такт и вкус Гончарова, на целомудрие его
музы, на его стиль и язык сделались общими местами. Гончаров дал нам
бессмертный образ Обломова. … от появления последней крупной вещи Гончарова прошло 22 года и … все-таки на бледно-зеленой обложке гончаровских сочинений … напечатаны обидные для русского самосознания и памяти покойного русского писателя слова: Второе издание. Эти мысли пришли мне в голову, когда я недавно перечитал все девять томов Гончарова и потом опять перечитал... Так как причин этому явлению надо искать не в Гончаровском творчестве, а в условиях нашей общественной жизни, то я и не возьмусь теперь за выяснение их. Меня занимает Гончаров.

Collapse )

Анненский об Обломове.

Как в лирике поэта мы ищем центра, преобладающего мотива, так в
романическом творчестве среди массы типических изображений мы ищем типа
центрального. У Гончарова был один такой тип - Обломов.
Collapse )

Анненский сравнивает Гончарова с другими классиками.

Гончаров жил и творил главным образом в сфере зрительных впечатлений:
его впечатляли и привлекали больше всего картины, позы, лица; сам себя
называет он рисовальщиком. Интенсивность зрительных впечатлений,
по собственным признаниям, доходила у него до художественных галлюцинаций.
Вот отчего описание преобладает у него над повествованием, материальный
момент над отвлеченным, краски над звуками, типичность лиц над типичностью
речей.Collapse )